– Первое – есть. – Удовлетворенно сказал Никодим Митрофанович. – Ну теперь можно и за остальным ехать.
– Ночью? – Удивился я.
– Ночью. Привыкай, Глебушка! Ночь она ведь только обычным людям кажется такой зловещей и опасной. Нам то она, как заботливая сестрица: и путь укажет и от взглядов ненужных убережет.
Так и вышло, что ночь эту я не забуду никогда. Конечно, я понимал, что совсем не опытный в таких делах, и скорее всего насмотрюсь еще и похлеще чего, с таким–то наследием. Но пока это было самое яркое переживание в моей жизни.
Проводником оказался Черный ворон, который был в лесу. Он в прямом смысле показывал дорогу и терпеливо ждал, когда я – под дедовым руководством – добуду очередной ингредиент. Катались мы всю ночь, и только после рассвета, когда «стоялая вода», а попросту вода из болота местного, льдинкой попала мешочек – я прочел нужные слова. Слова эти я даже успел заучить, пока мы ездили. Все сказал и повесил мешочек на грудь, под одежду.
После чего налетел ветер, очертил кругом место где я стоял и стих. Дед удовлетворено кивнул. И спросил у ворона:
– Что скажешь?
Птица посмотрела поочередно правым и левом глазом, каркнула и улетела.
– Ты молодец, Глебушка. Теперь я могу не волноваться, не попадет в тебя погань эта: оберег твой да колечко – лучшая защита! А теперь и домой можно ехать. Кондрат поди заждался нас, да и отдохнуть не помешало бы.
Мы вернулись домой уставшие, но вполне довольные. И сразу спать легли, даже не позавтракав, несмотря на причитания домового.
Я, кажется, отключился еще до того, как голова коснулась подушки. Но стоило мне закрыть глаза, как раздался настойчивый стук в окно. Сперва я пробовал его игнорировать, потом накрылся с головой одеялом, потом спрятал голову под подушку. Да что же это такое?
Очень недовольный я открыл глаза и сразу же захотел закрыть их обратно. Я был не в избе деда, а в незнакомом помещении. Стены и потолок утопали в тени. А я лежал на огромной кровати, устланной натуральным мехом вместо одеял, которая стояла посередине комнаты. Такие вообще бывают огромные?
Я откинул шкуру и встал. Я был в белой рубахе с красной вышивкой по вороту и в свободных красных штанах, очень похожих на замшу. И в мягких немного остроносых сапогах, расшитых по голенищу бисером и золотом.
– Ну каков красавец, а! Здрав буди, добрый молодец! – раздался очень знакомый женский голос, и вслед за ним карканье больше похожее на смех. – Чего растерялся, свет Глебушко? Али не признал меня?
И так пораженный своим видом, подняв глаза на говорившую, я почти что открыл рот от удивления. Передо мной стояла потрясающая женщина, словно возникшая из темноты. Таким идеальным формам позавидовали бы все модели мира. Я не знал, как точно называется такой фасон платья, когда и рукава есть, и подол – в пол, и вырез небольшой – у самой ключицы. Ворот так же вышит красным, как подол да рукава. Но эта вроде простенькая одежда, но та–ак подчеркивала что и где надо, что я, скажем, не обделённый женским сниманием за последние 10 лет, не особо поверил, что так вообще бывает. Что уж говорить про ее лицо. Это была богиня! Белоснежная кожа, иссиня–черные волосы. И огромные зеленые глаза. Их то зеленый блеск и подсказал мне кто передо мной.
– И вам поздорову Хозяюшка! – Медленно ответил я. – Да признал, вроде, как уж тут не признать–то…
Она залилась переливчатым смехом, мелодичным как колокольчик.
– Видел бы тебя твой дед сейчас! Ну да ладно. – Отсмеявшись продолжила она. – Спор у нас с ним вышел, да выиграл он честно, так и передай. Выдержал ты и новое испытание, внучок!
– А много еще этих испытаний будет? А то уж и не знаешь, когда расслабиться можно, не ожидая подвоха очередного.
– А нельзя расслабляться тебе Глебушка, пока история эта не закончится. Стараниями деда своего и оберега на груди твоей, да уж чего скрывать, и подарочка моего – на твоей руке, на некоторое время может и скрыт ты. Да рано еще победу праздновать. Все мне передал слуга мой верный, – она погладила ворона, который сидел на ее руке, – и… А чего мы тут стоим? Ну–ка, пойдем в палаты мои, посмотришь, где я живу, коли уж в гости попал.
И Хозяйка поманила меня за собой. Мы прошли небольшой коридор и пришли в не менее большую комнату. Мне показалось, что я уже где–то видел похожую обстановку. Большой камин, в таких, наверно, жарили быка целиком. Шкура огромного белого медведя перед ним. Богатые кресла с диваном – стилистика напоминала средневековый замок. Было все – и гобелены на стенах, и высокие резные спинки стульев у стола на другой стороне комнаты.
Тут было так же сумрачно. А в камине горел синий огонь, освещая комнату холодным светом. Ворон перелетел насест у камина и нахохлил перья. На них тут же заиграли голубые искры и отблески огня. Хозяйка указала на мебель, чтобы я сам выбрал куда присесть, а сама расположилась на диване. Немного замявшись я тоже решил сесть на диван, но лицом к ней.
Вдруг до меня наконец-то кое-что дошло, и я резко встал и поклонился Смерти в пояс:
– Спасибо Хозяюшка, что велела слуге своему помочь нам, мне то есть, без вас бы пропали!
По зеленым глазам Хозяйки стало понятно, что мой поступок она оценила.
– Пожалуйста, внучок, когда–нибудь ты поймешь, что поступить иначе я бы не смогла.
Затем я повернулся к ворону и вежливо поклонился ему тоже:
– И тебе спасибо за помощь твою! Без тебя бы мы не справились так быстро! Не успел спасибо сказать сразу, извини.
Ворон, не ожидавший чего–то подобного, чуть не свалился со своего насеста. Он поворачивал поочередно то один глаз, то второй, чтобы получше рассмотреть человека, словно решал шутит тот или нет.
А Смерть чуть хихикнула, а потом пригрозила пальчиком:
– Поостерегись, слуг моих перехвалишь – работу перестанут выполнять исправно. Он всего лишь выполнял поручение!
Я не смутился:
– Хозяюшка, вы, конечно, больше меня видели и знаете в обоих мирах, но я считаю, что услышать благодарность за свою, пусть и обязательную работу, приятно всем. Даже слугам. Я оценил помощь слуги вашего, а большего мне и не надо.
Смерть пристально смотрела на меня и медленно продолжила:
– Ох, не прост ты, Глебушка, не прост. Да и ладно, мне не жалко благодари, на здоровье. Кстати если тебя смущает мой вид, я могу его менять, как хочу. – Она без предупреждения стала такой, какой пожаловала в ту ночь несколько дней назад – скелетом в черном балахоне. Но я даже не вздрогнул, как возможно, ожидала она. Мне даже показалось, что я уловил разочарование в ее глазах. Неужели рассчитывала этим меня напугать или смутить?
– Эх! Все–таки современная молодёжь не та, что была прежде. Какие–то вы, как это верно сказать, невпечатлительные. Несуеверные.
– Все очень закономерно, ведь в фильмах столько спецэффектов, что уже и не удивляет ничего. – спокойно ответил я. – Так вы даже привычнее выглядите, чем, когда, ну иначе. Как были.
Мне показалось, что я опять увидел румянец на белоснежных скулах черепа.
– Ладно, закончим обмен любезностями. Я тебя сюда пригласила, гость дорогой, по очень важному делу. Как ты знаешь, Тень черного колдуна проникла в ваш мир. И нацелился он на тебя, точнее на твое тело. И твою Силу. А, значит, и на твои возможности. Знаю, что ты пока мало понимаешь, поэтому поясню. Ведун твоей мощи может спокойно находиться в двух мирах - вашем и моем. Без вреда для себя, а, значит, и покидать оба мира по своему усмотрению. Так же, как и главенствовать в обоих мирах. Именно на это и нацелилась та погань, которая убежала отсюда. И есть еще одна деталь важная. Он украл источник живой воды.
Я вопросительно приподнял бровь.
– Погоди, ты ведь и этого не знаешь. Не успел, значит, дневник прочитать? Так. Тогда слушай, есть два источника: Живой и Мертвой воды. Источник с Живой – тут, в моем царстве, а вот источник с Мертвой водой – в вашем мире.
– И что он дает? – уточнил я.
– Живая вода дает бессмертие. И возможность Тени дышать вашим воздухом. Какое–то время.
– А кто он такой, кого вы с дедом поганью зовете?
– ОН, внучок, самый страшный злодей и вашего мира и моего. Я говорю о Кощее.
– А почему?...
– А потому, что много лет он заточен был в темнице моей. Сказки ведь чем заканчиваются? Что побеждает его добрый молодец, сломав иглу заговоренную. А Кощей не только в вашем мире наследил, и в моем он, скажем, отметился, что до сих пор деток пугают им. А вот в вашем мире все свелось к сказкам, в которые уже и не верят.
– А как он вообще выбрался, я не понимаю?
– Ну как, как обычно – помогли ему. И ритуал совершили в вашем мире, и информацию добыли, и подстраховали хорошо. Кажется, мне, что еще и с этой стороны ему кто–то помогает, но не поняла пока кто. Те же руки и меня ослабили, чтобы дело свое черное провернуть. Такие дела.
– Дед карту показывал, там несколько мест было, где граница истончилась, мы как раз у одного места успели вчера побывать и деда ритуал обращения провел, чтобы границу закрыть. Мы ведь с дедом и поговорить толком обо всем этом не успели. Дневник дедов - тяжело читать, а мы еще только к одному месту ходили, потом оберег мой составляли….
[justify]– Да–да, я о том же толкую. Но со своей стороны я выставила дозор, чуть кто попробует подойти к
